«ну, что ж… обыкновенные люди…
в общем, напоминают прежних…
квартирный вопрос только испортил их…»
(М. Булгаков, «Мастер и Маргарита»)

«Квартирный вопрос» вместе с ростом цен на недвижимость продолжает изменять реальность, в которой обитают жители столицы и окрестностей, а с приходом капиталистических реалий все процессы невероятно ускоряются. Для претендентов на имущество становится невыносимым ожидание, и столкновения, ранее обыкновенно относившиеся к периодам дележа наследства, ныне случаются и до его открытия.

Предвосхищение наследственного спора удобнее всего организуется путём ограничения правосубъектности вероятного наследодателя, ибо гораздо проще заранее лишить его права распоряжаться нажитым, чем потом спорить с конкурентами об осмысленности решений и сделок.

Сама по себе инициатива о признании вероятного наследодателя недееспособным, если он не получает психиатрическую помощь, имеет существенные юридические ограничения. Круг лиц, имеющих право возбуждать соответствующий процесс в суде, установлен пунктом 2 ст. 281 Гражданско-процессуального кодекса РФ. И кроме органов опеки там указан только закрытый перечень близких родственников в виде родителей, детей, братьев и сестёр.

Кроме того, в случае, когда пожилой собственник сам не жаждет общения с психиатрами, вероятным наследникам приходится изобретать способы принудительного освидетельствования, результаты которого и должны быть положены в обоснование решения о недееспособности.

Но поскольку психиатрическая помощь относится в весьма специфической разновидности медицинских услуг, то и порядок её оказания строго регламентирован законом «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании» от 02.07.1992 N 3185−1.

И согласно пункту 1 ст. 24 этого закона, врач-психиатр имеет право самостоятельного принятия решения о проведении освидетельствования человека, не находящегося в профильном стационаре, только в одном случае: когда обследуемый совершает действия, дающие основания предполагать наличие у него тяжелого психического расстройства, которое обусловливает его непосредственную опасность для себя или окружающих. В иных случаях. В том числе и при наличии таких же предположений, но даже, если налицо беспомощность, то есть неспособность самостоятельно удовлетворять основные жизненные потребности, или возможен вред его здоровью вследствие ухудшения психического состояния, если лицо будет оставлено без психиатрической помощи, врач может проводить освидетельствование лица без его согласия или без согласия его законного представителя исключительно с санкции судьи.

В последний день января 2022 года, в одном из индивидуальных домов около МКАД, где место расположения определяет баснословность цены вопроса, была зафиксирована попытка организации принудительного освидетельствования пожилого собственника дома врачом психиатром.
Вероятным организатором вторжения можно предполагать дочь собственника, которая заблаговременно подала в местный отдел МВД заявление об угрозе жизни своего отца в связи с состоянием его здоровья.

Таким образом, ею были синтезированы обстоятельства, формально подпадающие под признаки п. «б» и «в» части четвёртой статьи 23 закона «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании», что допускало, по мнению дочери, отступление от требований закона о порядке оказания такой помощи.
Проще говоря, прибывшие на место участники операции рассчитывали обойтись всего-навсего без санкции суда и провести освидетельствование собственника дома в врачом-психиатром без его согласия под предлогом угрозы его же жизни. А подвели их всего два обстоятельства: сломанный замок входной двери, не позволивший быстро проникнуть в помещение, и оперативное прибытие адвоката.

Попытка врача проникнуть к собственнику дома уже в присутствии адвоката, даже и «под прикрытием» сотрудника полиции, была встречена разъяснением юридических особенностей данной процедуры с фиксацией процесса на видео. После публичного оглашения основных требований к порядку оказания психиатрической помощи «под камеру» врач сам отказался от проведения освидетельствования.

Правда, увидеться с собственником дома врачу в тот день всё же довелось: с учётом заявления дочери об угрозе жизни собственника дома, прибывший на место лично начальник отдела МВД потребовал от врача, как единственного находящегося на месте событий медицинского работника, подтвердить удовлетворительное состояние здоровья отца заявительницы и отсутствие непосредственной угрозы его жизни.

Таким образом, совпадение объективных факторов и действия адвоката, в данном случае, способствовали соблюдению законодательства и пресечению незаконной попытки психиатрического освидетельствования собственника дома без его согласия.

Однако, увеличение в практике случаев ведения процессов о признании граждан недееспособными позволяет предположить расширение использования данной процедуры для спорных ситуацией с имуществом граждан. Что, конечно, повышает востребованность квалифицированной юридической помощи адвокатов, но и граждан должно подвигнуть к более пристальному анализу возможных угроз в контексте описанного случая.

Публикации экспертов

Время Сталина